Почему милиция доставила главного конструктора «КАМАЗа» к главе ГДР

#ВЛАДИМИР БАРУН #ИНТЕРЕСНЫЙ ФАКТ #КАМАЗ #НОВОСТИ #БУДНИ КАМАЗА #НОВОСТИ ГОРОДА #НОВОСТИ ЧЕЛНОВ #МУЗЕЙ КАМАЗА #ИСТОРИЯ КАМАЗА #НАБЕРЕЖНЫЕ ЧЕЛНЫ #ТАТАРСТАН #НОВОСТИ РЕСПУБЛИКИ #НОВОСТИ НАБЕРЕЖНЫЕ ЧЕЛНЫ #КНИГА #НОВОСТИ НАБЕРЕЖНЫХ ЧЕЛНОВ #ЭРИХ ХОНЕККЕР #ВИЗИТ #ДЕЛЕГАЦИЯ

По словам Владимира Баруна, события произошли в октябре 1975 года.

В 1997 году в Набережных Челнах вышла вторая книга первого главного конструктора «КАМАЗа» Владимира Баруна (1926-1997) «Тревога. Записки главного конструктора». В ней автор рассказал о своей трудовой биографии и работе на челнинском автогиганте. В одной из частей Барун вспоминает визит делегации Германской Демократической Республики (ГДР) во главе с первым секретарем Центрального комитета СЕПГ Эрихом Хонеккером (1912-1994).

«В ходе строительства и после пуска «КАМАЗа» в Набережных Челнах бывало много высоких визитеров. Порядок приема гостей всюду достаточно отработан, но местные условия везде разные. Поэтому случались сбои, а иногда (редко) - непредвиденное.

Помню один из первых таких визитов - приезд делегации и ГДР во главе с Эрихом Хонеккером. Было это в октябре 1975 года. Организаторам встречи хотелось вывести на улицы большое число людей. В местах проезда гостей были собраны толпы народа, обязанностью которых должны были стать приветственные возгласы, аплодисменты и размахивание флажками. Нас, конструкторов, поставили на один из вспомогательных маршрутов, где делегация могла и не проехать. Стоим. Мерзнем. Скучаем. Настроение отвратительное, так как оторвали от работы и обрекли на бездействие. На дорогах грязь, месиво. Но в городе чисто, празднично. Пока тихо. Вдруг по радиотелефону раздается голос Васильева: «Разыщите Баруна. Хонеккер просит показать автомобиль КАМАЗ». Я все это слышу, но никак не реагирую. Соображаю: этого программой визита не было предусмотрено. Мы это не планировали. Опытные автомобили сегодня не работают и припрятаны в укромном месте. Где я, а где автомобили? Обойдется Хонеккер!

Проходит минут десять-пятнадцать. Снова вызов. Голос уже злой: Почему не нашли Баруна? Что, неясно? Срочно подгоните автомобиль к дворцу культуры». Я снова не реагирую. Теперь злюсь и я и позволяю себе немного похулиганить. До стоянки машин двадцать километров. До дворца культуры еще десять. Пока доберемся, пока вымоем и подгоним, пройдет один час. Хонеккер к этому времени будет далеко. Раньше нужно было думать! Я стою на месте и делаю вид, что все это меня не касается. Окружающие поворачиваются ко мне и с интересом начинают наблюдать, чем кончится это неповиновение.

Появляется милицейская легковушка. Она медленно движется вдоль стоящих на тротуаре. Я подхожу к проезжей части и поднимаю руку. Автомобиль останавливается. «Вы Барун? - спрашивает офицер, сидящий за рулем. - Тогда скорей садитесь, поехали». Мы едем на базу строй- индустрии, где стоят КамАЗы. «Скорее, скорее!» Стоянка на запоре. Через дыру в проволочном заграждении проникаю во двор. Разыскиваю спящего дежурного. Объясняю, в чем дело. Вот он уже заводит автомобиль. Это седельный тягач с полуприцепом-панелевозом. Я прошу проехать путь до дворца поаккуратнее. Не запачкать машину. Как-никак, это первый показ. Я чувствую, как постепенно включаюсь во всю эту игру. Телефон в милицейской машине раскалился от гнева. Я слышу, как беспокоится Васильев: «Где автомобиль, черт вас дери?». Передатчик у нас не работает, мы не можем ничего сообщить. Слышу, как кто- то успокаивает: «Говорят, что уехали». Верно, уехали. А вот уже и приехали.

Подъезжаем ко дворцу культуры, КАМАЗ останавливается в некотором отдалении от здания с тем, чтобы подъехать к гостям, когда они выйдут. Как ни старались, автомобиль забрызган грязью. Одна кабина сверкает. Вот показалась группа людей. Впереди Васильев и Хонеккер. Сзади, как ртутный шарик, Беляев. Хонеккер навеселе. Радиоустановка передает марш.

Хонеккер дирижирует и напевает: «Фройншафт, фройншафт(перевод с нем. дружба)». Я машу рукой, и КАМАЗ начинает медленно двигаться в нашу сторону. Чувствую тревогу на лицах сопровождающих: а вдруг не затормозит и наедет? Чепуха! Я стою перед гостями на расстоянии нескольких метров, автомобиль подъезжает ко мне и останавливается как вкопанный. Эффектно! Теперь я подхожук Васильеву, какая-то блажь охватывает меня, и я обращаюсь к нему по-военному: «Товарищ генеральный директор «КАМАЗа»! Разрешите обратиться к первому секретарю ЦК социалистической единой партии Германии». Васильев оторопело смотрит на меня, но все это ему нравится, и он одобрительно кивает: «Обращайтесь». Теперь я разговариваю с гостем. Я показываю ему автомобиль и успеваю сказать, что это - из наладочной партии. Что автомобиль работает на строительстве города, и мы перехватили его там, чтобы показать гостю. Поэтому пусть он простит, что автомобиль в грязи. Хонеккер доволен. Он говорит, что рад быть первым немцем, который увидел автомобиль КАМАЗ. «Можно так сказать?» - спрашивает он меня. Все улыбаются. Любопытство гостя удовлетворено. Все расходятся. «Сеанс» окончен», - рассказывает в своей книге Барун.

К слову, директор музея КАМАЗа Александр Чухонцев рассказал в своем блоге, как на автогиганте встречали высокопоставленных гостей из ГДР в 70-е годы, а также показал фотографии с этого события.

Фото: Музей «КАМАЗа», «Тревога. Записки главного конструктора»

1828