В Музее КАМАЗа хранится книга Бориса Леонидовича Кузнецова «Рождение флагмана» - впечатления участника становления литейного завода. Книга издана в Набережных Челнах в 2001 году тиражом всего в 100 экземпляров. Фрагменты из редкой книги приводятся
в блоге директора музея Александра Чухонцева. Книга Кузнецова – это потрясающие истории о строительстве и запуске КАМАЗа. Одна из частей книги рассказывает про работу иностранцев на «КАМАЗе».
«Немецкие специалисты поставили литейному заводу весь комплект оборудования и оснастки для литья под давлением. В отличие от итальянцев, немцы были более официальны, более чётки. Все взятые на себя обязательства они выполняли пунктуально, всё фиксировали протоколами.
Что касается американцев, то отношения с ними были не простые. Во-первых, чувствовалось, что это представители всесильной Америки. Они могли позволить себе свободное и даже вальяжное поведение. Они могли развалиться в кресле во время переговоров, задрать ноги и положить их на кресло. Могли вести переговоры в жёстком стиле, злоупотребляя фразой «Это ваша проблема?». Они «трезвели» только тогда, когда чувствовали, что сталкиваются с силой.
Однажды мы с Борисом Оглоблиным, главным механиком, стояли возле первой АФЛ в КСКЧ.
Линия что-то капризничала. Был седьмой час вечера. Подошёл американский шеф – монтажник. Борис был с ним хорошо знаком и спросил его по-английски: «Джон, что ты хромаешь?». Американец был раздосадован, что его вытащили из гостиницы, и на лице его была гримаса раздражения. Но вопрос Б.Оглоблина его оживил:
- Это у меня с Вьетнама. Это там мне прошили ногу из «Калашникова». Отличный автомат!
Он говорил лениво, но «отличный автомат» произнёс с таким восхищением и уважением, что нам стало приятно. Кое-что мы умеем делать!
Некоторые американские специалисты с интересом изучали быт советских людей.
Я обратил внимание на то, что один из американских специалистов никогда не ездил на обед в гостиницу, а демонстративно покупал талоны в заводскую столовую и обедал вместе с рабочими.
Его страшно удивляла дешевизна обедов в заводских столовых. Зная, что я понимаю английский, он однажды остановил меня (хотя мы не были знакомы) и стал делиться со мной впечатлением от заводской столовой. Обед в заводской столовой стоил 60 копеек, что было очень мало (рабочий шестого разряда зарабатывал 15…20 рублей в день). Я спросил его, почему он обедает не в кафе для иностранных специалистов, а в заводской столовой.
- Мне очень интересно наблюдать русских рабочих, - сказал он.
- А что у вас другие рабочие?, - спросил я.
- Другие», - сказал он.
- Лучше?», - спросил я.
- Нет. У вас выносливые, - сказал он.
Также по теме:
Трудности перевода: как камазовец случайно намекнул англичанину про его «любовницу» Беатрис
Американец-участник первой плавки на литейном заводе вернулся в США на носилках
