«Я по-прежнему такой же нежный...» - как челнинец попал в кинофильм «Калина красная»

В поисках правды жизни Василий Шукшин по-особенному относился к подбору актеров и натуры. В эпизодах принимали участие местные жители и использовались документальные кадры. В одном из них показан концерт, записанный специально по заказу МВД СССР для демонстрации в исправительных учреждениях. На экране колоритный молодой осужденный исполняет песню на стихи Сергея Есенина «Письмо матери»: «Я по-прежнему такой же нежный...».

Песня была записана в 1972 году в колонии-поселении в поселке Октябрьское, расположенном между Салехардом и Ханты-Мансийском. А исполнил ее Николай Фёдорович Пархоменко - челнинец, основатель Набережночелнинского театра-студии «Ника».

Николай Пархоменко являлся учащимся режиссерского факультета Московского института культуры. Проживая в Москве, в 1972 году попал в неприятную историю, о которой не любил вспоминать. Получил срок. Был вынужден взять академический отпуск «по болезни» и отправился в сибирский поселке Октябрьское, где в местном клубе и исполнил «Письмо матери».

- Жили в бараке, - рассказывал Пархоменко. - Люди работали, отдыхали, пили, дрались... Ремонтировали больницу, строили хлебопекарню. Студенческий стройотряд, с которым мне после довелось работать, восстанавливал церковь. Собирались в клубе, выступали перед поселенцами и местными. Я пел там и не раз...

В том же 1972 году Пархоменко вернулся в столицу страны, восстановился в институте, по окончании которого в 1974 году отправился на строительство «КАМАЗа» и Набережных Челнов. Премьера первого спектакля созданного им театра «Ника» состоялась 9 мая 1975 года - показали постановку «А зори здесь тихие».

В 1988 году Пархоменко стал лауреатом премии Мусы Джалиля. В 1991 году еще раз появился в кино, сыграв главную роль в фильме «Выкидыш». После закрытия в 1995 году из-за финансовых проблем театра «Ника» Николай Федорович работал преподавателем в челнинском филиале Московского университета культуры.

О своем «участии» в фильме «Калина красная» Порхоменко говорил так: «Я себя и сейчас не узнаю. Только голос. Там здоровый, молодой мужик, а я после этого очень изменился...».