Смерть ходила рядом

Много событий стёрлось из памяти Вадима Боровко, побывавшего в фашистском плену, но День Победы остался. Выдался он солнечным, ясным. В их землянку постучал двоюродный брат Коля Онисько. Голос у него был радостный и взволнованный: «Тётя Таиса, ребята, война закончилась! Мы победили!» С тех пор Вадим всегда особенно ждал дня, когда собиралась за столом родня, солдаты, вернувшиеся с фронта. Их рассказы и помогли восстановить историю семьи.

Пламя войны

Война в белорусскую деревеньку Боровки пришла в июле 1941-го. Сквозь густую рожь односельчане заметили несколько идущих солдат. Нежданные гости говорили шёпотом: «Немцев в деревне нет? Это что за сторона?» Защитников накормили, дали снеди с собой, показали дорогу на восток. А через несколько дней по той же дороге на деревню вышли немцы.

Молодые парни ушли в леса, где формировались партизанские отряды. Попрощался с семьёй и фельдшер Андрей Алексеевич Боровко. Во время первой мировой он был помощником врача санитарного поезда, а теперь его помощь была нужна партизанам. В доме остались его жена и четверо детей: старшей Соне было 12, младшему Вадиму всего три года.

Немцы навели в деревне свой порядок. Дома у леса сожгли, опасаясь, что их обитатели будут помогать партизанам. Регулярно отбирали у крестьян молоко, яйца, вяленое мясо. Но и партизаны боролись как могли: то мотоцикл угонят, то полицая убьют. Таиса Боровко, как и другие жители деревни, понимала: семья в любой момент может лишиться крова, и держала наготове узелки с провизией и вещами.

Летом 1943-го после очередной вылазки партизан разъярённые немцы решили стереть деревушку с лица земли. Отряд карателей согнал жителей в кольцо на месте, откуда хорошо были видны Боровки, а все дома облили бензином и подожгли. Тех, кто вырывался из круга, пытаясь спасти хоть что-нибудь из нажитого добра, расстреливали на месте.

Оставшимся в живых объявили, что им нужно отправляться в дорогу – у них теперь будет другой дом. Большинство усаживались в подводы, а семьям с маленькими детьми немцы предлагали места в подъехавшей машине. Таиса тоже хотела отправить детей более удобным транспортом, но мест не хватило. Только никто из жителей деревни тех детей больше не увидел: оказалось, их увезли прямо в крематорий…

Сортировочный лагерь был расположен в одной из литовских деревень. Там из подростков, которым исполнилось 17 лет, сформировали отдельный отряд, сказали, что они отправятся работать в Германию, остальные в гетто. Позже узнали: всех, кто выбился из сил или заболел по пути к новому месту жительства, расстреливали. Среди погибших оказался двоюродный брат Вадима Виктор Боровко.

Возвращение на пепелище

Женщин с детьми поселили на небольшой территории, огороженной колючей проволокой. Кто были порасторопнее, успели занять места в бараках, остальные жили в повозках. Днём дети постарше вместе с женщинами отправлялись возводить оборонительные сооружения, а вечером валились с ног от усталости.

– Нас постоянно мучил голод, – вспоминает Вадим Андреевич. – Поначалу питались припасами, которые захватили из дома, немцы нас практически не кормили. Обезумев, однажды я полез к собачьей миске – своим овчаркам они не отказывали. И тут же спину будто пламенем обожгло: один из полицаев огрел меня кнутом.

Надвигающаяся осень не оставляла никаких надежд выжить в лагере. Кто-то из пленных узнал, что до белорусов здесь содержались евреи, и все они были расстреляны.

Таисе Никодимовне Боровко удалось спасти всех четверых детей

Спасение пришло неожиданно. Рано утром в лагере раздались выстрелы – пришли партизаны. В суматохе Таиса собрала детей и пустилась наутёк в ближайший лес. Там, объединившись с земляками, семьи отправились домой. Зиму Боровко провели в доме одной из тёток, а весной вырыли землянку недалеко от сожжённого дома. Постепенно жизнь наладилась, вот только отец так и не вернулся, погиб в бою.

В школу Вадим Боровко (крайний справа во втором ряду) пошёл только в 1946 году. На фото он со своими одноклассниками и учителем в школьном дворе

Вадим на родине прожил недолго. Армейскую службу проходил в войсках ПВО на территории Молдавии, был ротным запевалой. Поднимал целину, работал на Донбассе, а в 1971-м приехал в Челны строить «КАМАЗ». Трудился в «Сельстрое», сварщиком «КАМАЗстроиндустрии», на литейном заводе.

День Победы для семьи Боровко наполнен особым смыслом. За праздничным столом Вадим Андреевич наливает сто наркомовских граммов за упокой душ не доживших до светлых дней родственников и за Победу.

Вся в деда

Ротный запевала Боровко передал свои певческие способности внучке Владе. У девочки с детства был сильный красивый голос. Окончив хоровое отделение челнинской музыкальной школы № 2, Влада поступила в филиал Нижегородского лингвистического университета. Девушка хорошо училась, а ещё успевала выступать на студенческих мероприятиях и конкурсах. Одно из них – «КАМАЗ собирает друзей» – и определило её судьбу.

Члены жюри – преподаватели консерватории порекомендовали поступать в высшее учебное музыкальное заведение. Подготовиться помогли преподаватели школы искусств № 13. После его окончания Влада подала заявку на престижный конкурс в Лондон, который давал возможность пройти стажировку в Ковент-Гардене. Из 370 вокалистов из 59 стран лишь 70 получили приглашение на живое прослушивание. Влада Боровко стала единственной финалисткой из России.