Данис Валеев: «С поколением К3 мы выходили из кризисного состояния»

Третий из главных конструкторов "КАМАЗа", ныне советник гендиректора Данис Валеев успел поработать со всеми руководителями автогиганта и со всеми поколениями грузовиков. "Вести КАМАЗа" поговорили с одним из столпов камазовского производства о непотопляемости грузовиков К3 и перспективах локализации К5.

КАК СОЗДАВАЛОСЬ ТРЕТЬЕ ПОКОЛЕНИЕ КАМАЗОВ

– Данис Хадиевич, вы же московский вуз оканчивали. Как попали на «КАМАЗ»?

– Я с отличием окончил Московский автомобильно-дорожный институт в 1974 году. Были разные предложения - например, ехать на ВАЗ в Тольятти или остаться в аспирантуре. Но свой выбор – «КАМАЗ» – я сделал еще в 1971 году. По образованию я - двигателист, поэтому оформился в управление главного конструктора. Но тогда еще только-только были куплены три стенда для испытания двигателей, готовили фундамент под них. Поэтому меня направили на ВАЗ, где я стажировался полтора года. После возвращения из Тольятти я занимался разработкой предложений по улучшению топливной экономичности и снижению дымности отработанных газов двигателей. Так появился двигатель КАМАЗ-740.20 взамен КАМАЗ-740.10, разработанного на ЯМЗ. И он успешно прошел сертификацию в Париже. А когда в 1977-м на «КАМАЗ» пригласили опытного специалиста по турбопоршневым двигателям Валерия Наумовича Каминского, мы начали создавать двигатели с турбонаддувом.

– Как вы стали главным конструктором «КАМАЗа»?

– Получилось, что я дважды становился главным конструктором. В 1986 году конструкторскую службу разделили на две части: одна занималась серийным, другая - перспективным двигателями. Мне было предложено стать ГК по серийным двигателям, хотя я занимался «перспективой». Это было болезненно, но меня поддержали коллеги - Гатауллин, занимавшийся развитием серийного двигателя, и Ахтареев, возглавлявший конструкторский отдел. Они перешли вместе со мной. В 1988-м произошло слияние двух служб, и я стал ГК по двигателям. А 4 января 1995 года совершенно неожиданно получил приглашение от гендиректора Николая Беха стать главным конструктором всего «КАМАЗа».

– Вам пришлось совмещать сразу три должности: главного конструктора, директора НТЦ и замдиректора по развитию. Для чего это требовалось?

– В 1995 году конструкторам предложили разработать программу выхода из тупика. Мы понимали, что без нового поколения автомобилей не обойдемся. Первым появился КАМАЗ-65115. Он был спроектирован буквально за три месяца, это был 1998 год. Партия этих автомобилей была направлена в Москву, на «Первый автокомбинат» им. Г.Л. Краузе. Директор предприятия сказал, что будет испытывать на стройке в сравнении КАМАЗы-55111, 65115 и минский автомобиль. Через три месяца он показал нам анализ с фиксацией маршрутов, грузоподъемности, времени циклов... Эффективность КАМАЗа-65115 была на 20 процентов выше, чем показатели конкурентов. Тогда мы поняли, что такую рыночную оценку должна иметь каждый наш продукт, а для этого конструкторам при проектировании автомобиля надо учитывать его себестоимость.

Второй моделью был КАМАЗ-6520, флагман того периода. Оба автомобиля нужно было, во-первых, разработать – это как раз функции директора НТЦ и главного конструктора. А во-вторых, нужно было искать решение для их реализации. По 65115 работа была понятна, а с 6520 оказалось гораздо сложнее: там и двигатель более мощный требовался, и другие узлы агрегата трансмиссии… Это решение удалось бы реализовать, объединив три направления в одних руках. Так появилась должность заместителя генерального директора по стратегическому развитию. Новые автомобили формировали поколение К3, и с ними мы выходили из кризисного состояния.

«СРОК ДЛЯ ЛОКАЛИЗАЦИИ К5-ГО ВПОЛНЕ РАЗУМНЫЙ»

– С тех пор поколение К3 не утратило актуальности, а сегодня под влиянием рыночных реалий обрело второе дыхание. Почему?

– Потому что линейка широкая и соответствует всем основным запросам наших покупателей. Полноприводные автомобили востребованы во всех секторах промышленности, и те самые самосвалы 65115 и 6520 – в их числе. Сейчас объем выпуска К3 увеличивается ради поддержания бизнес-плана – эти грузовики помогут нам пережить сложный период, чтобы в дальнейшем вернуться к производству К5. Это важно.

– По плану в первом квартале 2023-го года в полном объеме должен выпускаться К5-й, но с локализованной начинкой. Насколько, по-вашему, сложна эта задача?

– Срок вполне разумный, потому что четкие шаги к этой цели выработаны и уже предпринимаются. Поставки импортных автомобилей сокращаются, а "КАМАЗ" способен предложить программу замещения.

2001 год: главному конструктору доводилось преодолевать и горные дороги Эфиопии

– С К4 мы попрощаемся окончательно?

– Мы всегда рассматривали К4 как переходную модель, необходимую для завоевания рынка. Сам проект был довольно оперативный, реализовывался с привлечением партнеров. Благодаря ему мы заработали имя - доказали, что способны выпускать автомобили магистрального класса. Набравшись опыта, стали переходить к поколению К5. Конечно, К4 уйдет, но пока это нишевое решение, и оно будет реализовываться в пределах наших возможностей.

– С чем связан ваш уход с должности главного конструктора? Какими задачами занимаетесь сейчас?

– Как правило, с появлением новых программных решений подбирается и новая команда. Реализацию поколения К5 было решено передать молодежи. А я сейчас, будучи советником генерального директора ПАО «КАМАЗ», общаюсь не только с конструкторами, но и с производственниками, принимаю участие в решении критических вопросов, возникающих в производстве. По-прежнему делюсь опытом с молодыми конструкторами, два-три дня в неделю провожу в НТЦ. Эти контакты, подготовка, разговоры с конструкторами дают ощущение, словно из НТЦ я и не уходил.

– Ваши дети тоже работают на «КАМАЗе». Не собираются ли продолжить династию и внуки?

– У нас с супругой Галиной Ивановной трое детей. Старший сын Игорь работает заместителем главного конструктора по автомобилям – руководителем службы в НТЦ. Младший Вадим – заместитель директора в НП «КАМАЗ-Автоспорт». Дочь Ольга тоже работала в НТЦ, сейчас она в отпуске по уходу за ребенком. Я всегда старался больше времени проводить с семьей. Когда в семье появился первый автомобиль, «пятерка», мы объездили весь Татарстан, выезжали за его пределы. Мальчиков от машины было не оторвать, да и дочь не отставала. Тогда они и узнали, что находится под капотом, и все трое учились вождению на этой «пятерке». Сейчас у нас подрастают три внука и три внучки, но кем они станут - говорить пока рано.

Текст: Татьяна Парамонова

Фото: Виталий Зудин