«Люди стояли в ужасе»: рассказывает свидетель пожара на заводе двигателей в апреле 1993 года

На этой неделе исполнилось 27 лет со дня разрушительного пожара на заводе двигателей. Но и спустя годы события 14 апреля 1993 года не померкли в памяти очевидцев. Среди них — контролёр Гульсария Рябова, работавшая в тот день во вторую смену. Она поделилась с «Вестями КАМАЗа» своими воспоминаниями.

— Около семи вечера я и другие работники цеха гильз и цилиндров обедали в бытовке. Завыла сирена, но никто не придал этому особого значения — днём проходили противопожарные учения, и мы решили, что опять что-то проверяют. Потом услышали шум, встревоженные голоса повторяли: «Говорят, пожар!» Пришёл кто-то из руководства, нам велели собирать вещи и выходить на улицу. Народ толпой двинулся в сторону раздевалок. Переодевались, всё ещё не понимая, что же произошло. Неожиданно погас свет, включили дежурное освещение. Эта маленькая деталь словно прояснила всю серьёзность ситуации. Кто-то успел переодеться, кто-то вышел на улицу в спецовке. Густой чёрный дым мы увидели, только когда оказались за пределами завода. Люди стояли в ужасе, у многих на глазах были слёзы. И вот как мы вышли толпой, так все вместе и пошли пешком в сторону города. Дома из теленовостей узнали, как и что произошло.

Пламя удалось потушить только неделю спустя. Работников начали вызывать на расчистку заводских площадей от последствий пожара. Мужчины выносили металлические конструкции — всё, что можно было поднять вручную. А мы с женщинами лопатами расчищали завалы на месте складов, отмывали станки от копоти и сажи, несколько из них потом работало в цехе гильз. Пока шли восстановительные работы, цеха раскидали по другим заводам. По мере расчистки площадей они возвращались на свои места. Так что через какое-то время после пожара и я вернулась на то же место, куда впервые пришла в 1979-м.

После пожара настали трудные времена. Мы с мужем оба работали на «движках», так что наша семья ощутила последствия пожара и кризис вдвойне. Спустя время муж перешёл работать на ЗСК, но зарплату задерживали и там или могли выдать кирпичами. Между тем завод восстанавливался, помещения внутри преображались на глазах, в том числе и мой 119-й цех. Было очень любопытно следить за изменениями: вот появились полы из мраморной крошки, вот пришли белоснежные японские станки с ЧПУ, которые в те годы были только в новинку. После разрухи, оставленной огнём, вся эта красота, чистота и новизна вселяла большую надежду, что завод будет жить…

Текст: Татьяна ИВАНОВА. Фото: Виталий ЗУДИН и из архива «ВК».