Встреча "чернобыльцев": "Постоянно пищали дозиметры. Больше невидимый враг никак не ощущался..."

Завод двигателей на этой неделе организовал встречу участников ликвидации последствий аварии на Чернобыльской АЭС. В зале столовой собрались 11 человек: пенсионеры завода, вдовы чернобыльцев и единственный ныне работающий на «движках» ликвидатор.

"ВЫНОСИЛИ ОБОРУДОВАНИЕ, МЕБЕЛЬ, ДОКУМЕНТЫ – ВСЕ ПОДЛЕЖАЛО ЗАХОРОНЕНИЮ"

Дорогих гостей тепло встретили и усадили за празднично накрытый стол замдиректора по персоналу Владимир Естюнин и замдиректора по общим вопросам Иван Быков.

«Хорошо помню тот день, когда пришла весть о катастрофе – он был солнечный и теплый. Несмотря на то, что место трагедии осталось за границей, сердце отзывается болью до сих пор, ведь среди нас находятся люди, которые ее пережили. Кого-то из них уже нет, кто-то не смог прийти из-за болезней. Предлагаю вспомнить сегодня их всех», – сказал Владимир Алексеевич.

Зампредседателя профкома ЗД Евгения Короткова подчеркнула, что всех ликвидаторов объединяет чувство долга: «Как настоящие патриоты, вы достойно несли свою вахту. Низкий вам поклон за то, что предотвратили катастрофу, угрожавшую всему земному шару».

Встреча ликвидаторов прошла в теплой атмосфере

Среди гостей присутствовал председатель союза «Чернобыль» на «КАМАЗе» Анатолий Калыпин. Эту должность он занимает с 1989 года - с тех пор, как вернулся на завод двигателей с ЧАЭС. Тогдашний гендиректор Николай Бех уполномочил его представлять интересы всех камазовцев, участвовавших в ликвидации последствий катастрофы. 

«Нужды у людей были разные: помочь достать лекарства, подключить телефон, получить путевку в санаторий, выбить место в детсаду. И он ходил по инстанциям, добивался, просил», – рассказала «Вестям КАМАЗа» его супруга Калыпина Людмила Борисовна. Сам Анатолий работал в эпицентре ядерного взрыва – в помещениях энергоблока № 4, на объекте «Укрытие». «Выносили оборудование, которое там оставалось, мебель, документы – все это подлежало захоронению, – добавил он, - Проводили дезактивацию – обрабатывали все поверхности специальными растворами. Из-за высокого уровня радиации постоянно пищали дозиметры, или, как мы их называли, «утюги». Больше невидимый враг никак не ощущался. Но трехмесячная борьба с ним позже отразилась на здоровье».

Анатолий Калыпин в 1989-м был направлен в самый эпицентр аварии – машинный зал энергоблока № 4

"РАБОТАЕШЬ, ПОКА НЕ ПОЛУЧИШЬ СУТОЧНУЮ ДОЗУ ОБЛУЧЕНИЯ..."

Если Калыпин приехал на ЧАЭС уже в зрелом возрасте, 35-летним, то слесарю цеха 526 ТГП Юрию Жирнову повестка пришла через полгода после армии – летом 1986-го, когда ему был всего 21 год. «Мы с братом - двойняшки, служили и работали вместе. А вызвали в Чернобыль только меня», – вспоминает он. 

Проживали ликвидаторы в палаточных городках, ежедневно выезжая на станцию. «Работаешь, пока не получишь суточную дозу облучения, остальное время ждешь в бункере. Я ездил на ЗИЛе с цистерной по территории станции, обрабатывая ее спецсредствами, чтобы прибивать радиоактивную пыль к земле. Всего пробыл на месте аварии около месяца, а когда приехала новая смена, обучил другого водителя и отправился домой», - Юрий Викторович до сих пор работает на ТГП, а вместе с ним – целый семейный подряд: супруга, сын и дочь.

Юрий Жирнов – единственный из ныне работающих на заводе чернобыльцев

Напомним, авария на Чернобыльской АЭС  произошла 35 лет назад. Более 500 тысяч человек участвовали в ликвидации ее последствий.

Текст: Татьяна Иванова 

Фото: Татьяна Иванова, Виталий Зудин